Инсталяция
Материал из 26 век земли
Когда мне исполнилось 25, мне разрешили сделать инсталляцию, и хотя у меня были некоторые противопоказания, мне удалось договориться. Врачи грозили осложнениями, поэтому я проконсультировался с несколькими специалистами и встретил два подхода на этот случай. Одни говорили, что если что-то пойдет не так, то можно отключить спинальный модуль, а остальные узлы в течение года удалить хирургически. Другой подход предполагал наоборот, углубление инсталляции, до тех пор, пока все проблемные места не будут компенсированы или не получат кибер зависимую регуляцию. Говорят, один парень дошел до того, что заменил себе гипофиз, а потом с помощью какого-то биохакера научился контролировать выделение специфических эндорфинов, которые вызывают чувство бесконечного счастья и чистейшего наслаждения, короче забирают круче любой известной наркоты. Забавно, что ручную регуляцию связали с онанизмом, притом, что переход обратно включался сразу после эякуляции. Быстро выяснилось, что после такой мастурбации из-за дисбаланса гормонов наступает тяжелейшая депрессия, а если во время депрессняка подрочить еще, то становится только хуже, а потом и совсем плохо. Вскоре парень покончил с собой, буквально задрочив себя до смерти. В очередном эйфорическом припадке не выдержало сердце и все кончилось. Конечно, у парня была самая приятная смерть во вселенной, но не от хорошей же жизни!!! Говорят, что на одной отдаленной колонии у дрочуна нашлись последователи, точнее там они собирались, у единственного в мире биохакера, который умел проводить подобные фокусы. Конечно, общественное мнение осуждало этих суицидальных онанистов, но и от души посмеивалось. Мной, конечно, руководили далекие от суицидальной мастурбации цели. Хотелось обеспечить себе надежную кормушку и при этом особенно не гнуть спину. А по контракту, компания установщик дает возможность отработать кредит по инсталляции в каком-нибудь месте, куда никто добровольно лезть не хочет, но посылать кого-то надо. Необходимо отдать должное господам банкирам – они всегда дают возможность выбора. Так было и со мной: мне предложили, либо сдохнуть от старости в дальней разведывательной партии, но в компании таких же бедолаг, либо 8 лет куковать на какой-нибудь планете, чтобы следить за добычей ископаемых. А потом, когда я вернусь, обнаружить, что мой агрегат, из-за которого весь сыр-бор, настолько устарел, что и работу мне предложить нормальную не могут и придется опять где-нибудь куковать одному на горной добыче. В планетарную разведку же, для разнообразия, не возьмут по возрасту. Но прежде чем я все это пойму или узнаю из первых уст, мне придется пройти 200дневный курс инсталляции и еще трехлетний период компенсации и настройки. На 40 день, после внедрения спинального блока пути назад уже нет, и кредитный контракт начинает действие. Конечно, я слышал много ужастиков про инсталляционные компании, но мне такое решение казалось всегда хоть и радикальным, но самым простым для себя выбором. Серьезного образования я получить не мог, так как не имел кредитного разрешения, а чтобы его получить, нужно что-то иметь, хотя бы семью, а парни из пробирок, как я, обычно этим общественным благом обделены. Вобщем выбор между множества зол очевиден в пользу того, которое лучше других кажется меньшим. Я лег на инсталляцию 19 апреля 2153 года. Мне весна всегда приносила какую-то тревогу, особенно в то вечернее время, когда солнце вскользь касалось земли своими лучами, а улицы пустели, и ветер уныло перекатывал пыль. Здание стационара в виде огромного незамкнутого кольца отсвечивало своим единственным окном, протянувшимся через весь периметр узкой полосой. На глухой стене был выполнен активный декор, который постоянно слегка видоизменялся и двигался, оставаясь при этом в едином стиле, но с правой стороны узор был фиолетовый и синий, а слева буро-красный. В промежутке, где кольцо здания имело широкий проход, в глубине виднелся сад и люди в больничном. Поскольку я получил синий бланк направления, то пошел к фиолетовому торцу и вошел внутрь здания. Холл был оформлен в стиле офисной культуры начала 21го века, антиквариатные кофейные автоматы делали вид, что работают, плоский робот уборщик уткнулся мне в ноги и, не разворачиваясь, поехал в другую сторону. Несколько таких же унылых как я ребят сидело на большом кожаном диване, они сложили сумки с вещами в ногах, и пили кофе из бумажных стаканчиков из древних кофематов. Мы обменялись приветствиями, и вскоре к нам вышел человек с гибким планшетом, настолько дорогим, что только вчера мне предлагали обменять на какой-нибудь орган, но я уже подписал договор с инсталляторами и не мог без разрешения продавать свое тело целиком или по частям. Человек с планшетом молча повел нас по коридорам и видимо совсем не хотел нарушать свое безмолвие, но я все же пристал к нему с вопросами.
- Скажите, вот если у вас планшет, значит вы не инсталлированный, а почему вы себе не поставите, вам, как сотруднику могут же сделать? - У меня была инсталляция, но потом из-за осложнений мне пришлось… сменить пол. - Как это? - В память о сыне. - Ничего не понимаю. - И не надо. - А что за осложнения, если не секрет. - Беременность.
Позже я узнал историю Севы во всех подробностях. Тогда еще Она, легла инсталлироваться, как беженка с автономной станции Пегасус, которая выйдя за пределы досягаемости вооруженных сил объявила о независимости и направила на землю несколько крупных метеоритов, изменив искусственно их орбиты. Несогласное с такой политикой население станции, разместили на космических телах и отправили домой на землю. Два из трех метеоритов могли поразить планету, и были уничтожены вместе с пассажирами, третий, проходил довольно далеко и людей смогли увезти. Но спасенным мало кто был рад, их подозревали бог знает в чем и многих посадили, а некоторым предложили пойти на инсталляцию в обмен на юридический иммунитет. Севастьяне терять было нечего, и она согласилась. Во время инсталляции Сева познакомилась с молодым биологом, специалистом по эндокринологии, и однажды случилось то, что случилось. Последствия были весьма плачевны. Инсталляция была в стадии развития киберсети и спинальный модуль, почуяв молодой плод, непредсказуемо стал развиваться в его сторону. Распуская свои нервы из гибридной биоэлектрической ткани, он инсталлировался в плод, не нарушив его развитие, но серьезно угнетая нервную систему матери. Никто не мог предположить, как будет развиваться ситуация. Выбирая из двух нервных систем инсталляционная программа не смогла определиться и установилась сразу в обе, при этом, за доминирующую была взята быстроразвивающаяся система плода. Мозг матери был угнетен. Наступила кома и неопределенность. Неожиданно данные телеметрии показали атипичную активность мозга плода. Из полученных данных был сделан совершенно невероятный вывод: сознание матери находится в мозге ребенка!!! Непонятным образом объединенная нервная система синхронизировалась через спинальный блок, и наиболее зрелое сознание переместилось в неугнетенную область, т.е. нервную систему плода. До последнего момента было не известно, произошло ли перемещение разума или имело место только его трансляция. Это выяснилось окончательно только после родов. Сложнейшая операция, включающая в себя кесарево сечение и развернутое деинсталлирование, показала, что новорожденный содержал сознание матери, хоть и немного скованное недоразвитыми рефлексами, но полноценное, со всеми воспоминаниями и опытом. Единственная проблема заключалась в том, что родился мальчик!!! Сознание же и личность были взрослой женщины.Предложили делать операцию по смене пола, но Севастьяна отказалась. Инсталляция включает в себя внедрение спинального блока в грудной отдел позвоночника. Там, в не зависимости от обстоятельств он остаётся навсегда. В течение 40 дней после спинального внедрения из импланта развиваются гибридные биоэлектрические нервы, которые прорастают в ткани и органы. В это время инсталлируемый должен быть неподвижен настолько, насколько это возможно. Когда такие операции только начинали проводить – пациентов вводили в искусственную кому, но от этого было больше проблем, чем пользы: частая некорректная инсталляция в мозг приводила порой к летальному исходу или серьезным нарушениям в нервной системе. Теперь инсталлируемых обездвиживают на 15 – 20 часов в сутки с помощью миорелаксантов, а в остальное время им позволяют неинтенсивно двигаться, останавливая на этот период инсталляцию принудительно. Проращивание киберсети причиняет порой страшную боль, а иногда только щекотит, что также не очень приятно, когда ты весь парализован и моргаешь даже по расписанию, с помощью автоматов. Когда первый этап установки пройден – тебя уже не обездвиживают, но поскольку проращивание происходит на тонком уровне тканей и клеток, иногда могут случаться разные конфузы: то парализует что-то, то заболит где-нибудь. Самое интересное, что появилось совсем недавно – это умбиликарные биокомпорты. Чудо расчудесное. Искусственно вырощенные генноинженерные ворсинки внедряют тебе в пупок, и после некоторых процедур ты сможешь воткнуть туда любой коммутационный разъем любого устройства. Волшебные волоски сами находят контакты и распознают формат передачи данных, в том числе такие древние, как usb и firewire. Причем никакого программного обеспечения они не требуют, а учатся сами, есть даже специальные тренажеры, чтобы обучать «Биокомпоты», как мы их называем, новым форматам и функциям. Я, например, научил их маскировать мое место пребывания на различных системах ориентирования, чтобы всякие не смотрели, где я нахожусь, и не отслеживали меня, как зайца. Именно благодаря этому эксклюзивному бонусу однажды я смог проникнут на вторую половину инсталляционного комплекса. Я гулял во дворе здания, проверяя работу своего «компота», и уже добился того, что точка моего присутствия была больше самого здания, т.е. достоверно определить в каком месте комплекса я нахожусь, стало невозможно, я был одновременно везде и нигде на экране слежения. Отследить меня можно было только по камерам, но этим уже давно никто не занимался. Я зашел в двери красно-бурого торца здания беспрепятственно и немного погулял по коридорам. Вначале никаких отличий не было заметно, все те же интерьерные стили согласно десятилетиям. От входа на первом этаже в стиле офисов 21го века, к только недавно отошедшему от моды стилю мимикрии на 15 этаже здания. Прогуливаясь по коридорам в псевдоконструктивистском стиле, я заглянул в одну из комнат. Это была огромная белая зала, с как видно встроенным содержимым стен, то есть вся мебель и техника выдвигалась из стены по требованию, а затем убиралась и закрывалась глухой крышкой, сливающейся тотчас со стеной. Крайне неудобная система для человека, совершенно теряешь ориентацию в такой комнате, где определить, где пол и где стены можно только по приложению сил гравитации. Свет, как водится, шел от всех плоскостей сразу, так что теней в комнате не было в принципе. Я зашел и кашлянул (обычно в таких интерьерах настраивают автоматику либо на покашливание, либо на хлопок, чтобы не казалось, что человек разговаривает сам с собой). Вопреки моим ожиданиям, ничто из стен не вышло и все оставалось как прежде. Я вошел, и только тогда за мной закрылась дверь, выдвинулся из пола операционный стол. На нем лежал какой-то прибор с виду похожий на древний пылесос. Я подошел поближе, стараясь не топать в этой абсолютной глухой тишине, которая бывает только в комнатах со встроенным содержимым. В центре прибора была ручка, которая видимо, приглашала поднять крышку, что напомнило мне какую-то кастрюлю. Я и сделал то, что обычно делают с кастрюлями закрытыми крышками – открыл и заглянул. То, что я увидел, меня не то чтобы очень испугало, но скорее обескуражило. Это была голова. Человеческая голова с куском шеи до ключиц. Голова явно была живая, но выглядела спящей. Я закрыл крышку и, нервно усмехнувшись, пошел к выходу. Я дошел до стены и постучал в нее, как в дверь. Створка не замедлила открыться метрах в пяти правее, чем я думал. Выйдя, я к несчастью встретил Севу. Он с ужасом посмотрел на меня.
- Эй! Это ты? Что ты здесь делаешь? - Да вот заблудился. – нелепо оправдывался я. - Если тебя засекут – тебя могут оштрафовать. Знаешь на сколько? На два твоих кредита!!! - Ого. А что здесь такого страшного? Я видел там какую-то голову в кастрюле. Не расскажешь мне, что тут делают? А я так и быть не скажу, что ты меня нашел и не сдал. - Хитренький. -? - Делают все то же самое, что и во всем комплексе… только наоборот. - Это как это. - Это наоборот. - Здесь что деинсталлирую что ли? Но та штука вообще ни на что не похожа. - Деинсталлируют в центре деинсталляции, а здесь занимаются инсталляцией. Одного в другое. Понимаешь? То одно в другое инсталлируют, то другое в одно.
Я молча кивнул и поспешил удалиться из красно-бурого корпуса. Больше я не пытался проникать туда, а Сева вскоре узнал про необычные способности моего «компота» обманывать поисковики и приставил ко мне шпиона в виде персонального робота компаньона, стоимость которого была сравнима со стоимостью моей инсталляции, и вид напоминал летающую кастрюлю, как та, что была на операционном столе, только меньше.
